RSS
» » Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ»
Категорія: ІНТЕРВ'Ю Автор: racoon

Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ»Один из наиболее любимых в России западных рок-музыкантов Ричи Блэкмор давно не имеет к рок-н-роллу прямого отношения. Вот уже многие годы некогда известного строптивым характером «человека в черном» вполне устраивает роль камерного музыканта и странствующего менестреля. Акустическая гитара, лютня и мандолина в его руках сегодня смотрятся куда более естественно, чем знаменитый белый «стратокастер», при помощи которого Ричи в составе Deep Purple более сорока лет назад совершил революцию в области хард-рока.

                                Вместе с вокалисткой (и по совместительству супругой) Кэндис Найт Блэкмор продолжает колесить по свету и регулярно записывать симпатичные пластинки,.. 18 июня в «Крокус Сити Холле» прошёл концерт Blackmore’s Night. В преддверии данного мероприятия корреспондент «Культуры» по телефону пообщался с главными участниками проекта.

культура: На днях состоялся релиз вашего восьмого студийного альбома. Весьма впечатляющий результат в наши дни. Едва ли за последнее время была группа, умудрившаяся в течение 16 лет выпустить столько свежего материала — не считая сборников, концертников и DVD. Это постоянное не угасающее стремление создавать новую музыку, или Вам просто приятен сам процесс записи? Что вообще доставляет Blackmore’s Night большее удовольствие — работа в студии или выступления перед публикой?

Найт: И то, и другое в равной степени. Ведь это две совершенно разные формы выброса энергии и получения удовлетворения. На концертах, в результате плотного взаимодействия с аудиторией, песня обогащается новыми красками и живет по иным законам. В свою очередь, спокойная, размеренная работа в студии нам тоже по душе — ничто не отвлекает, не мешает экспериментировать.

Блэкмор: Мы любим играть перед аудиторией, ее непосредственная реакция наполняет выступления неким особым очарованием, которое трудно описать словами. Что же касается студийной работы, то в нашем случае это часть естественного, неотрывного от обычной жизни, процесса. И здесь, наверно, кроется секрет того, почему стараемся не затягивать с выпуском альбомов. Дело в том, что студия находится у нас дома, поэтому не приходится выдумывать какой-то определенный график — сами себе хозяева. Не нужно вырываться из семьи, оставляя без присмотра детей и домашних животных, чтобы несколько часов поработать в студии, и потом стремглав мчаться обратно.

культура: На последнем альбоме есть трек под названием «Troika», явно навеянный русскими народными мотивами. Вы уже не первый раз обращаетесь к российскому фольклору — ранее записывали композиции «Gone With The Wind» и «Toast To Tomorrow», являющиеся не чем иным, как переработками наших народных песен. Что привлекает Blackmore’s Night в русской песенной культуре?

Блэкмор: Нам не приходится платить авторские отчисления! А если серьезно, то и мне, и Кэндис близки искренность и страстность, свойственные вашей музыке. Каждый раз, приезжая в Россию, стараемся приобрести записи местного фольклора. Чувствую, по своей доходчивости и простоте российские песни близки к тому, что делаем мы. Многие русские фолк-произведения написаны в минорных тональностях, и, с музыкальной точки зрения, это нас привлекает. А еще мы очень любим борщ.

Найт: Приезжая в Россию, чувствую генетическую связь с вашей страной (родители Кэндис — потомки иммигрантов из Российской империи. — «Культура»). И это очень приятное, комфортное ощущение.

культура: Новый диск называется «Dancer And The Moon». В названиях и текстах песен луна так или иначе упоминается постоянно, а имена первых двух альбомов — кстати, недавно переизданных, — «Shadow Of The Moon» и «Under A Violet Moon». Почему в творчестве Blackmore’s Night так много луны?

Блэкмор: Луна — нечто такое, что всегда было, есть и будет. И осознание этого не может не завораживать. Когда смотришь на ночное небо, получаешь колоссальный прилив вдохновения. Очаровательное, волшебное и мистическое ощущение — мы просто не в силах устоять перед соблазном отразить его в музыке.

Найт: Загадочность луны, ее магия, сила, легенды, с ней связанные, привлекали нас всегда. Она действительно вдохновляет и постоянно рождает в подсознании новые музыкальные и лирические образы. Как, например, в случае с последним альбомом. Танцовщица и луна... Такой образ родился у меня (Кэндис — основной автор текстов Blackmore’s Night. — «Культура»), когда в очередной раз любовалась этим удивительным и непостижимым небесным телом: танцовщица полностью отдается инспирированной луной музыке — музыке, которую явственно слышит в своей душе.

культура: На пластинке есть несколько любопытных кавер-версий, одна из которых — перепевка хита Uriah Heep «Lady In Black» — кажется и вовсе неожиданной. Отсюда два вопроса. Является ли автор этой композиции Кен Хенсли вашим приятелем, общаетесь ли с ним? И в целом: есть ли критерии, по которым определяете, какие именно вещи хотелось бы прочесть по-своему?

 Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ»Блэкмор: В последний раз, когда видел Кена, он наставил на меня пушку и сказал: «Пристрелю, если посмеешь записать что-то из сочиненного мной». Будем считать это своего рода вызовом. Uriah Heep начинали примерно в одно время с Deep Purple. Мы репетировали на общей базе, провели несколько совместных турне — так что я хорошо знаю этих парней. Когда впервые услышал «Lady In Black» по радио, то не знал, кто ее автор, просто понравилась песня. Она очень простая, доходчивая, в ней всего два аккорда — как раз по мне. Так что еще тогда подумал: может, когда-нибудь ее запишу. И главное: в этой вещице явственно присутствуют интонации эпохи Ренессанса, слышатся средневековые нотки — причем, как в плане мелодии, так и в отношении текста. Мы ставили Кену запись нашей версии, и, похоже, она ему понравилась.

культура: Расскажите о детях (у Ричи и Кэндис есть трехлетняя дочь Отэм и сын Рори, которому год и четыре месяца. — «Культура»). Унаследовали ли они от родителей музыкальный талант и страсть к творчеству? Или об этом пока рано говорить?

  Блэкмор: Ну почему же? Рори, например, в данный момент сидит у меня в ногах и что-то рисует. Недавно с упоением исписал всю стену. Еще очень любит танцевать.

Найт: А Отэм уже и актриса, и певица. Она даже сочиняет песни. Недавно я пожурила ее за какую-то шалость, а девочка выразила несогласие в песенной форме: «I’m not gonna stop if you tell me to stop». Выглядело как некая экспромт-ария из мюзикла — просто поразительно. Отэм — невольный соавтор одной из песен с «Dancer And The Moon»: когда дочке было полтора года, она что-то воодушевленно напевала своей кукле. Я прислушалась и вдруг осознала — это вполне связная, настоящая мелодия.

культура: Стиль Blackmore’s Night за все время существования проекта больших изменений не претерпел. Более того, звучание группы ни с чем не спутаешь. Знали ли вы, когда начинали в 97-м: такая музыка сработает? Чувствовали ли, что слушателю окажется близка эта средневековая, кельтская аура?

 Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ»Блэкмор: Никаких стратегических планов для достижения успеха не строили и, честно говоря, — да не прозвучит сие надменно, — нас не особо волновала реакция публики. Вообще редко прислушиваюсь к тому, что мне говорят — стараюсь следовать зову сердца. Да к тому же серьезное отношение к различным мнениям — пустая трата времени. Всегда будет так: кому-то понравится то, что ты делаешь, а кто-то это возненавидит. Когда мы с Кэндис только затевали проект, меня атаковала орава менеджеров, промоутеров и прочих советчиков: «Ты с ума сошел, надо продолжать играть хард-рок, ведь с твоим именем это гарантированный успех, а значит и куча денег». А мне было плевать на деньги: авторских отчислений, которые капают от продаж записей Deep Purple и Rainbow, хватит до конца дней. Так что Blackmore’s Night — продукт любви к той музыке, которая нам близка. Намного интереснее выступать перед парой сотен людей в каком-нибудь старинном замке, чем собирать стадионы. При этом, я ведь не отрекся от хард-рока, периодически исполняем на концертах несколько старых хитов. Более того, если прислушаетесь, поймете: в музыкальном отношении Blackmore’s Night — абсолютно всеядный коллектив. Фолк, рок, поп, классика… Единственное, что мы не играем — джаз.

  культура: Все же ярко выраженная «средневековость» — главное отличие группы. Этот период интересен только с музыкальной точки зрения? Или вы всецело в него погружены: читаете соответствующую литературу, изучаете историю?

Блэкмор: Конечно, я очень интересуюсь этим временем, много читаю о Средневековье. Темные, мрачные времена, жизнь чертовски тяжелая — нищета, болезни, антисанитария. Но люди находили подлинное, первородное наслаждение от творчества. Музыканты играли просто потому, что без этого не представляли жизни — и то были фантастические, настоящие артисты. Сегодня же в большинстве случаев музыкой занимаются исключительно ради денег.

культура: Есть точка зрения, что самые лучшие исполнители, как правило, люди неизвестные…

Блэкмор: Так оно и есть. Порой путают успех с качеством. Существует много знаменитых команд, штампующих хиты и зарабатывающих на этом немалые деньги. А есть никому не известные музыканты, не продающие пластинок и не собирающие аншлагов, но уровень их исполнительского мастерства на несколько порядков выше, чем у так называемых звезд.

культура: Получается, люди, сами того не осознавая, оказываются лишенными прекрасной музыки? Почему лучшие музыканты не становятся знаменитыми?

Блэкмор: Не все хотят быть знаменитыми. Кто-то просто дышит музыкой, но не ставит цель сорвать банк на этом поприще. Те же, кто страстно желает славы, известности и богатства, примерно представляют, что нужно делать. А именно: сочинять музыку, которая подавляющему большинству людей будет понятна. Вспомните «Satisfaction» The Rolling Stones — она стала неимоверно популярной. Так как крутилась вокруг гитарного риффа, построенного на трех нотах, звучащих лейтмотивом на протяжении всего трека. В этом нет ничего зазорного — просто существуют разные подходы к музыке. Еще давным-давно, когда сам хотел стать богатым и знаменитым, усвоил: чтобы заинтересовать массового слушателя, необходимо сочинять как можно более просто. Держа в голове этот негласный постулат, пришел к риффу из «Smoke On The Water» — вероятно, самой известной песни Deep Purple.

культура: Blackmore’s Night уже не первый раз приезжают в Россию. Можете ли честно, без вежливого лукавства, сказать, что с нетерпением ждете встречи с нашей страной? Или это обычная рутинная гастрольная жизнь, к которой привыкли, и не имеет значения, где именно выступать?

Найт: Нет, разница, конечно, есть. Более того, представители многих промоутерских агентств постоянно звонят Ричи с просьбой выступить, но если что-то не по душе, то, вне зависимости от размера гонорара, он предложения отвергает. С другой стороны, есть места, в которые всегда приятно возвращаться — и ваша страна, вне всякого сомнения, одно из них. Нам нравятся русские — открытые и доброжелательные.

Блэкмор: Помимо всего прочего, мне по душе русская природа, пейзажи просто обворожительны. Гораздо уютнее чувствую себя за городом, чем в крупных российских мегаполисах. Вы, возможно, будете смеяться, но не исключено, что я единственный иностранный турист, который, приезжая в Москву, не считает посещение Красной Площади обязательным ритуалом.

  культура: Ричи, не раздражает ли, что многие — чего уж греха таить — приходят на Ваши выступления, чтобы увидеть и услышать «того самого» Блэкмора? Некоторые фэны до сих пор отказываются отпустить призрак и выкрикивают на концертах: «Black Night»!, «Smoke On The Water» давай!» Как Вы к этому относитесь?

Блэкмор: С пониманием. Эти песни до сих пор помогают мне оплачивать счета за электричество. Но дело в том, что мы не чувствуем большой потребности постоянно их играть. Когда только затевали Blackmore’s Night, было немало людей, которые заведомо относились к этой затее скептически. Они знали — не услышат «Smoke On The Water» на наших концертах, и не приходили. Все зависит от настроения. Если публика с уважением и энтузиазмом воспринимает основную программу, то под конец мы можем спеть что угодно. Но когда подобные выкрики раздаются с самого начала — ни за что не сыграю.

культура: Знаю, не особо приветствуете вопросы, касающиеся Deep Purple и Rainbow. Тем более, всем известно Ваше, по меньшей мере, прохладное отношение к теме возможного воссоединения с бывшими коллегами. Но позвольте прояснить два момента. Во-первых, слышали ли новый альбом Deep Purple, который вышел около двух месяцев назад? И если да, то что о нем думаете? И, во-вторых: на дисках Blackmore’s Night звучит немало переработок произведений Purple и Rainbow. Очевидно, раз уж часто обращаетесь к славному бэк-каталогу, значит гордитесь тем, что сделали. Почему же тогда так не любите говорить о прошлом?

Блэкмор: Не то что не люблю — просто не по душе долгие дискуссии на эту тему. Несмотря на то, что я человек не первой молодости (в апреле этого года Ричи исполнилось 68. — «Культура»), не хочу жить воспоминаниями — предпочитаю двигаться вперед. Мне было бы скучно каждый вечер играть на концертах одни и те же композиции, написанные к тому же более чем сорок лет назад — а именно этим Deep Purple и занимаются. Их нового альбома не слышал, равно как, впрочем, ни одного, записанного ими за последние двадцать лет. Понятия не имею, как и что они сейчас играют, о чем думают. В свое время порядком подустал от такого типа музыки — потому и ушел.

                                Да, действительно горжусь многим из того, что написал в прошлом, и даже подумываю как-нибудь устроить три-четыре шоу, состоящие исключительно из номеров Deep Purple и Rainbow. Просто для того, чтобы потрафить ностальгическим чувствам поклонников Blackmore’s Night, которые любят записи, сделанные в 70-х – 80-х. Ни за что не брошу то, чем занимаюсь сейчас, но в качестве своеобразного поощрения преданным фэнам такие разовые ретро-акции могут оказаться забавными.

культура: На последнем альбоме есть трек, который называется «Carry On… Jon»…

  Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ» Блэкмор: Да, Вы правильно поняли. Cвоеобразное посвящение Джону Лорду, покинувшему нас в прошлом году. Мы ведь с ним и заварили всю эту кашу с Deep Purple в конце 60-х. Я знал барабанщика Иэна Пейса, Джон привел басиста Ника Симпера, затем присоединился вокалист Род Эванс — так все и началось. C Джоном всегда прекрасно ладили, оставались друзьями, даже после того, как я ушел из группы. Он неподражаемый музыкант, его сердце принадлежало мелодии, и мне всегда казалось, что ему было не очень комфортно чувствовать себя рок-героем. Играть рок-н-ролл — было не совсем его, и Джон при каждом удобном случае старался это доказывать: достаточно вспомнить сочиненный им «Концерт для рок-группы с оркестром», равно как и многие сольные работы. Он был очень сентиментальным, добрым и всегда позитивно настроенным человеком. Джон Лорд много для меня значил, и это действительно огромная потеря.

культура: Вопрос к Кэндис. Два года назад Вы выпустили симпатичный альбом «Reflections». Что это — попытка самовыражения вне рамок Blackmore’s Night или заявка на сольную карьеру?

Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ»


Найт: По большому счету, ни то, ни другое. Некоторые из написанных мною вещей — «Three Black Crows», «Ivory Tower» — уже звучали на дисках Blackmore’s Night, так что большой необходимости самовыражаться вне рамок группы у меня нет. «Reflections» — скорее, попытка придать законченную форму тем песням, которые сочиняла в течение нескольких лет. Они пылились на полке и просто ждали своего часа. Ричи даже не знал о том, что записываю сольную пластинку. Но, конечно, мне была очень важна его реакция — к счастью, она оказалась положительной.

   культура: Ричи, Вы однажды справедливо заметили, что по-настоящему популярную, то есть коммерческую, музыку создавать гораздо сложнее, чем писать андерграундные, нишевые произведения, рассчитанные на узкую, так называемую избранную аудиторию. Появляется ли в последнее время что-нибудь достойное, в хорошем смысле слова массовое в этой области? И способны ли многочисленные телевизионные конкурсы талантов, проводящиеся сегодня в ряде стран, выявить незаурядного артиста?

Блэкмор: Не знаю, как во всем мире, но в Штатах появляется много новой музыки. Однако через подобные звуковые дебри крайне сложно продраться, поскольку основу этой самой музыки составляет хип-хоп-барахло, которое я просто не перевариваю. Поэтому действительно ценное не всегда можно расслышать. Да и не скажу, что горю желанием обнаружить на нынешней сцене нового Боба Дилана. По этой же причине не могу сообщить ничего определенного в отношении телевизионных конкурсов талантов — я такие передачи просто не смотрю. Не знаю, возможно, стал слишком стар.

            Автор текста - Денис БОЧАРОВ.

            Источник: www.portal-kultura.ru                   


Читати ІНТЕРВ'Ю > Blackmore’s Night: «Мы очень любим борщ»

{photos}
29.06.2013, 01:36 Переглядів: 1 841
Шановний відвідувач, Ви зайшли на сайт як незареєстрований користувач. Ми рекомендуємо Вам зареєструватися або увійти на сайт під своїм ім'ям.

Ukrainian Russian Belarusian English Polish French German Italian Spanish


Партнери

  • АНШЛАГ - заказ, бронирование, доставка билетов
  • Интернет-билет: сервис продажи билетов на развлекательные мероприятия. Спектакли, концерты, шоу, цирк
  • Заказ билетов, Афиша, на концерты, театр, цирк в Киеве, е-билеты, бронирование, доставка
більше лінків
наша кнопка:
Український / украинский рок-портал ROCK-UA.COM


Реклама